Активные ингредиенты косметических средств влияют на биохимию и физиологию как рогового слоя, так и опосредованно, – глубоких слоев кожи (что в свою очередь также отражается на состоянии рогового слоя). Из косметических составов должны быть исключены компоненты, способные оказать негативное влияние на кожу. Необходимыми же и полезными для кожи веществами, как показывают последние лабораторные и клинические исследования, являются компоненты, идентичные или сходные с физиологическими составляющими кожи. Но простое включение таких ингредиентов в состав косметики не гарантирует положительного эффекта, поскольку в разных слоях кожи их естественные аналоги представлены в разных соотношениях. Количественное изменение этих соотношений может привести к нарушению процессов клеточной дифференциации и, следовательно – к нарушению гомеостаза кожи.

Требования корнеотерапии к косметическим составам:

• применение ингредиентов, идентичных собственным компонентам кожи, мягко воздействующих на течение биохимических процессов;
• выбор неагрессивных средств трансэпидермальной доставки для транспортировки активных ингредиентов точно по назначению.
Отвечают концепции корнеотерапии:
• специфические активные ингредиенты – церамиды, свободные жирные кислоты, протеины и их синтетические аналоги, пептиды, стерины, сквален и др.;
• специальные средства транспортировки – липосомы, наночастицы, структурированные липиды.

Причем для базовых основ препаратов корнеотерапии характерно то, что они уже сами по себе, без каких-либо активных добавок, способны оказывать позитивное воздействие на кожу. Так, липосомы и структурированные липиды – дерма-мембранные структуры, – образованные двойным слоем фосфатидилхолина, наночастицы – одинарным, встраиваясь на участках повреждения в липидные пласты рогового слоя, восстанавливают их целостность. Однако даже эти физиологичные средства доставки, проникая в роговой слой, вызывают его флюидизацию (разжижение). В целях восстановления водонепроницаемости эпидермального барьера в составе средств корненотерапии используется другой вид фосфатидилхолина – гидрогенизированный, или насыщенный. Он, подобно церамидам эпидермального барьера, устойчив к окислению, и благодаря этому прекрасно выполняет защитную функцию по отношению к внешней среде. Препараты корнеотерапии все чаще вызывают интерес именно как средство лечения нарушений эпидермального барьера и связанных с этим патологий.

Класс церамидов

Церамиды – это сфинголипиды, в которых остаток спирта сфингозина связан амидной связью с жирнокислотной цепью. В коже человека выявлено семь основных видов церамидов. Специфические свойства этих видов определяются особенностями их составных частей. Церамиды образуются при соединении сфингозина с ацильной группой, чаще всего представленной длинноцепочечной насыщенной кислотой. Количество двойных свободных связей жирнокислотной цепи влияет на устойчивость церамидов к окислению и на их способность связывать между собой различные амиды.
Церамиды способны самопроизвольно образовывать бислойные структуры. Это объясняется тем, что церамиды являются полярными молекулами, состоящими из двух частей: гидрофильной «головы» и гидрофобного «хвоста». Полярные молекулы скапливаются, гидрофобные хвосты обращаются внутрь, гидрофильные головы – наружу, к водной среде, образуя таким образом протяженные бислои. Если церамидов мало они образуют в водной среде не пласты, а липосомы или мицеллы, где «хвосты» все равно обращены внутрь, а «головы» наружу. Причем, молекулы с насыщенными короткими жирнокислотными хвостами устойчивы к окислению и образуют жесткие водонепроницаемые слои. Молекулы с длинными ненасыщенными хвостами образуют более жидкие структуры. Именно липидные бислои являются основной структурной единицей липидного барьера. Поэтому церамиды представляют собой идеальный ингредиент для средств корнеотерапии, способный восстанавливать поврежденный липидный барьер. Однако из-за низкой растворимости церамидов в основах препаратов, их большого разнообразия и сложной структуры, а также из-за проблемы доставки нужной разновидности церамидов в нужную точку эпидермального барьера возникают сложности с их практическим применением. Так, известно, что короткоцепочечные церамиды, например сфингозин, способны диффундировать в направлении от рогового слоя к гранулярному. Там они в сочетании с цитокинами вызывают преждевременный апоптоз кератиноцитов, вызывающий серьезные нарушения в процессе ороговения.
Как видно из названия, церамиды содержат амидную группу -CO-NH-. Амидные группы обладают особым свойством образовывать водородные мостики к подобным или другим амидам. Водородные мостики обеспечивают сшивку молекул, в том числе и сцепление липидной прослойки с кератином корнеоцитов: элементы аминокислот кератина связываются с помощью амидных групп с межклеточными липидами. В зависимости от состава церамидов или амидов сцепление с кератином может вести к заметному укреплению и разглаживанию кожи, в частности – за счет связывания воды (подобно гиалуроновой кислоте). Следует отметить, что при применении церамидов не возникает неприятного ощущения образования пленки на коже.

Длинноцепочечные церамиды, содержащие полиненасыщенную линолевую кислоту, называются о-ацилцерамидами. Они пронизывают соседние липидные бислои, сшивая их. Благодаря этому липидные пласты не расслаиваются и образуют целостную структуру. При соблюдении некоторых диет возникает дефицит линолевой кислоты. В этом случае вместо линолевой кислоты в состав о-ацилцерамидов встраиваются другие, более насыщенные жирные кислоты. Меньшее количество свободных связей дает меньше возможностей для образования сшивок с протеинами рогового слоя и другими молекулами, что приводит к дестабилизации липидных пластов. Понижение содержания в коже о-ацилцерамидов проявляется симптомами атопического дерматита. Важно, что поверхностное применение линолевой кислоты оказывается более эффективным, чем ее внутреннее употребление, поскольку в последнем случае большая ее часть преобразуется в печени в другие полиненасыщенные жирные кислоты, например арахидоновую и ее метаболиты, обладающие другими функциями.

При взаимодействии с фосфатидилхолином, церамиды образуют сфингомиелин, важный эпидермальный фосфолипид, а в результате ферментативного гидролиза сфингомиелина образуются церамиды. Церамиды ингибируют клеточную пролиферацию и стимулируют апоптоз – запрограммированную гибель клеток. Поэтому наиболее высокая концентрация церамидов наблюдается в роговом слое, где они выполняют ярко выраженную защитную функцию. Эти эффекты вызывают не все церамиды, а только те, которые содержат сфингозин (но не его производный сфинганин). Интересно, что эффекту церамида на апоптоз противодействуют диглицериды. Согласно предположениям, устойчивые изменения в уровнях диглицеридов и церамидов могут вызывать длительное и, возможно, постоянное репрограммирование жизненного цикла клеток.
Фосфатидилхолин (лецитин) относится к классу фосфолипидов и содержит обычный для этого класса набор жирных кислот. Прекращение синтеза фосфатидилхолина ведет к увеличению содержания церамидов, поскольку церамиды перестают преобразовываться в сфингомиелин за счет переноса фосфохолиновой группы от фосфатидилхолина к церамидам, что опосредованно ведет к смерти клетки. Противоположным церамидам действием обладает сфингозин-1-фосфат, который вовлечен в качестве вторичного посредника в процессы клеточной пролиферации и выживания. Противовоспалительные цитокины стимулируют сфингомиелиназу, которая вызывает гидролиз сфингомиелина и, следовательно – накопление церамидов, в то время как сигналы роста стимулируют церамидазу и сфингозинкиназу, приводя к ферментативному расщеплению церамидов и увеличению количества сфингозин-1-фосфата. Высокое содержание в клетке сфингозин-1-фосфата обеспечивает защиту клетки от апоптоза и сдерживает развитие псориаза.

Очевидно, что ключ к лечению и профилактике таких патологий как атопический дерматит, псориаз, ихтиоз и решению проблемы преждевременного старения кожи лежит в корректировке уровня различных липидов рогового слоя и их предшественников.
Оптимальным инструментом такой коррекции является богатый линолевой кислотой фосфатидилхолин, который в виде липосом и наночастиц прекрасно проникает в роговой слой. Линолевая кислота частично выделяется из фосфатидилхолина уже в роговом слое (под воздействием фермента фосфолипазы A2) и служит строительным материалом для синтеза собственного длинноцепочечного церамида 1. Исследования подтверждают, что при нанесении на кожу фосфатидилхолина содержание линолевой кислоты в роговом слое в форме церамида 1 постепенно возрастает. Дополнительное преимущество фосфатидилхолина заключается в том, что в более глубоких слоях кожи фосфохолиновая группа служит преобразованию церамидов в сфингомиелин, замедляя, таким образом, процесс старения клеток. Поэтому фосфатидилхолин можно считать ключевым фактором эффективного непрямого воздействия на баланс церамидов. Соответствующие препараты в форме липосом, наночастиц и структурированных липидов, содержащих гидрогенизированный фосфатидилхолин, нашли применение в дерматологической косметике.

Дерма-мембранные структуры, олеогели и K°

При дерматологическом или косметологическом воздействии на эпидермальный барьер, следует отказаться от применения эмульгаторов (в составе препаратов), поскольку они вызывают нарушения структуры и функций липидных пластов. Если исходить из действия, которое оказывают косметические средства на гранулярный слой (stratum granulosum) и более глубокие слои кожи, следует также отказаться от применения консервантов и отдушек. Основы препаратов, не содержащие эмульгаторов, такие как липосомы, наночастицы и Derma-Membrane Strukture (DMS) широко представлены в средствах восстановления эпидермального барьера. Вот уже около двух лет с этой целью применяются олеогели. Отсутствие в составе последних воды позволяет включить в них такие сильно полярные амиды, как мочевина.

Для перечисленных основ характерно также, что содержащаяся в них одна из форм фосфатидилхолина, служит донором метиловых групп, идущих на образование жизненно необходимых аминокислот (например, метионина из гомоцистеина), играющих важную роль в сдерживании развития псориаза. Метиловые группы холина образуют эффективный защитный фактор при вступлении в действие механизма апоптоза, при котором фосфатидилхолин практически полностью исчезает из состава клеток кожи.

Индивидуальные рецептуры

Структурированные липиды в составе препаратов корнеотерапии амфифильны и могут применяться при составлении индивидуальных рецептур для лечения патологий и ухода за кожей. Отсюда – появление системы индивидуального подбора ингредиентов в корнеотерапии и приготовления препаратов косметологом или дерматологом на месте, непосредственно перед употреблением. В зависимости от состава возможно приготовление как препаратов дерматологического характера, так и косметологического – в целях ухода за кожей и обеспечения поддерживающей профилактики нарушений эпидермального барьера и процесса ороговения при ихтиозе, атопическом дерматите, псориазе, акне. Измерения параметров кожи, например, уровня увлажненности методом корнеометрии, уровня содержания поверхностных липидов, уровня TEWL методом эвапориметрии, помогают при подборе индивидуального состава.

Подобно липидам рогового слоя, препараты на основе структурированных липидов не терпят содержания эмульгаторов, разрушающих их структуру. Поэтому эмульгаторы, а также все вспомогательные компоненты, которые только усиливают действие негативных факторов и зачастую являются причинами аллергических реакций, не приспособлены как ингредиенты к целям, которые ставит перед собой корнеотерапия.

Dr. Hans Lautenschläger

Опубликовано Kosmetische Medizin 2004 (2)